Записки о собственном поиске

Как я начал не с того конца

Осенью девятнадцатого года я взял отпуск на неделю и поехал в архив. С собой у меня была фамилия, город Самара и уверенность, что сейчас мне всё найдут. В зале мне выдали опись, я посмотрел в неё минут двадцать и понял, что не знаю даже, какой уезд мне нужен, не говоря про приход. Неделя ушла в никуда, если не считать того, что я научился заполнять требование.

Правильный порядок был обратный: сначала опросить живых, потом разобрать домашние бумаги, и только потом ехать. Я это теперь пишу первым пунктом на главной странице и повторяю каждому, кто спрашивает. Отпуск было не жалко, жалко потерянного года: пока я валял дурака, умер дядя Костя, единственный, кто помнил, как звали бабкину мать.

Полгода искал в чужом архиве

Вторая моя большая глупость. По линии отца всплыла Сызрань: бабушка говорила, что «дед откуда-то оттуда». Я, разумеется, решил, что раз Сызрань сейчас в Самарской области, то и документы у нас. Полгода я честно перебирал описи в ЦГАСО, писал запросы, получал отрицательные ответы и уже начал думать, что записи не сохранились.

А Сызранский уезд был уездом Симбирской губернии и перешёл к нам только в советское время. Дореволюционные метрики по нему в Ульяновске. Мне об этом сказали в двух словах на форуме, когда я наконец догадался спросить, вместо того чтобы упрямиться.

Вывод, который я вынес и который считаю главным: прежде чем искать документ, узнай, чьей губернии принадлежало место в тот год. Не в этом, а в тот. Таблицу уездов я после этого повесил себе над столом, а потом перенёс на главную.

Утёвка: где искать приход

Утёвка — большое село на Самарке, сейчас в Нефтегорском районе, раньше Бузулукский уезд. Прославилось оно иконописцем Григорием Журавлёвым, который родился без рук и без ног и писал иконы, держа кисть зубами; его храм там стоит и сейчас, и в село ездят смотреть.

Мне же нужно было понять простую вещь: в чьих метрических книгах записаны утёвские в интересующие меня годы. Ответ нашёлся в клировых ведомостях: там перечислен состав прихода, то есть само село и приписанные деревни. Оказалось, что часть окрестных хуторов ходила не в утёвскую церковь, а в соседнюю, и половина моих неудачных просмотров была ровно про это.

Дальше пошло легче. Метрики по приходу за 1880-е и 1890-е годы сохранились неплохо, и в них я довольно быстро нашёл рождение прадеда, Кузьмичёва Петра Игнатьева, 14 октября 1878 года по старому стилю. Восприемниками записаны «того же села крестьянинъ Никита Петровъ Кузьмичёвъ и крестьянская дѣвица Агафья Игнатьева» — то есть, скорее всего, дядя и родная сестра отца. С этих двух имён у меня и раскрутилась вся ветка.

Отец Владимир и его буква «в»

Три книги подряд писала одна рука, и первые два часа я не мог прочесть почти ничего. Буква «в» у него выходила похожей на «н» с петлёй, а слово «крестьянинъ» превращалось в сплошную волну с одним читаемым «к».

Спасла меня скука. Я перестал ломиться в свою запись и стал листать книгу подряд, глядя, как одно и то же слово повторяется сотни раз. Где-то на пятидесятом листе он написал «крестьянинъ» медленно и разборчиво — видимо, отвлёкся или начал новый день. С этого образца я разобрал и всё остальное. Теперь так и делаю всегда: сначала собираю «азбуку» писаря, потом читаю нужное.

Двор номер тридцать четыре

Самый счастливый мой день в архиве. Я взял ревизскую сказку 1858 года по Утёвке и посемейный список того же села за конец 1880-х, разложил их рядом и стал искать двор, где сходятся имена и возрасты.

Сошлось на дворе номер тридцать четыре. В ревизии: Игнатій Петровъ Кузьмичёвъ, 19 лѣтъ, при нёмъ отецъ Петръ Савельевъ, 47 лѣтъ, мать Ирина, братья. В посемейном списке через тридцать лет тот же Игнатий, уже глава двора, с женой Марьей и детьми, среди которых мой Пётр. Совпало всё: имена, отчества, разница в возрасте, порядок братьев.

Так у меня разом появились дед прадеда и его отец, Савелий, родившийся, судя по возрасту в ревизии, около 1785 года. Дальше начинается XVIII век, и там всё сложнее.

Шесть поколений вверх от бабушки. Для крестьянской линии без помещичьих бумаг это, как мне объяснили знающие люди, нормальный результат, и упираться дальше придётся уже в ревизии XVIII века, которые по нашим местам лежат не только у нас.

Двадцать первый год

Тяжёлая запись, но без неё картина неполная. У Петра Игнатьева было, судя по метрикам, восемь детей. До взрослого возраста дожили трое. Двое умерли в младенчестве, обычная история, а трое — в 1921 и 1922 годах, подряд, с разницей в месяцы.

Голод в Поволжье двадцать первого года выкосил сёла целыми улицами. В нашем случае это видно даже не по документам, а по пустоте: между 1920 и 1923 годом ветка Аксиньи, старшей дочери Петра, просто исчезает. Ни записей о смерти, ни следов в поздних списках. Скорее всего, семья снялась и ушла, а куда — я не знаю до сих пор.

Если ваша линия обрывается ровно на этих годах, не считайте, что вы плохо ищете. Записи в это время велись как попало, сельсоветы едва работали, часть книг не заполнялась вовсе, а люди уезжали без всякого оформления.

Иващенково, оно же Троцк, оно же Чапаевск

Иван Петрович, мой прадед по прямой, из деревни ушёл. В похозяйственной книге за конец тридцатых годов его двора в Утёвке уже нет, а в семейных рассказах есть глухое «дед уехал на завод».

Завод — это Иващенково, посёлок при пороховом производстве, выросший ещё до революции. В 1919 году его переименовали в Троцк, а в 1929-м — в Чапаевск, как он называется и сейчас. Из-за этих переименований я долго не мог связать концы: в одном документе место названо Троцком, в другом Чапаевском, и выглядело это как два разных города.

Урок отсюда простой и общий: прежде чем решить, что человек пропал, проверьте, не переименовали ли место. Через этот завод в двадцатые и тридцатые годы прошла масса крестьян из окрестных уездов, и если у вас в семье есть «уехали в город работать», Чапаевск — один из первых кандидатов наравне с самой Самарой.

Письмо из Оренбурга

В двадцать третьем году мне написала женщина из Оренбурга, нашедшая мою фамилию в теме на форуме. Оказалось, её прабабка — та самая Агафья Игнатьева, что записана восприемницей при крещении моего прадеда, выданная замуж в соседнюю волость, которая теперь в Оренбургской области.

У неё дома лежала фотография 1912 года, где сняты сразу три брата Кузьмичёвых с жёнами, и на обороте карандашом подписаны имена. Одна эта карточка дала мне больше, чем два месяца в описях: я наконец увидел, как они выглядели, и получил подтверждение того родства, которое до этого выстраивал по косвенным признакам.

С тех пор я всем повторяю: идите вширь, а не только вглубь. Ведите потомков братьев и сестёр вашего предка вниз, до живых. У них дома лежит то, чего нет ни в одном архиве, и они, как правило, рады, что кто-то этим интересуется.

Мои ошибки списком

Собрал в одном месте, чтобы вы их не повторяли.

1. Поехал в архив, не поговорив с роднёй. Потерял год и двух рассказчиков.
2. Не записал источник у первых сорока фактов. Половину потом перепроверял заново.
3. Полгода искал сызранскую линию не в том городе, потому что не проверил губернскую принадлежность.
4. Снимал всё подряд без системы. Тысяча кадров без имён — это ноль кадров.
5. Склеил двух однофамильцев в одного и построил на этом две ветки. Разбирал потом четыре месяца.
6. Пропускал восприемников как «посторонних». Именно они потом всё и связали.
7. Выложил в общий семейный чат находку про раскулаченного двоюродного деда, не подумав, что его внучка это прочтёт. До сих пор неловко.
8. Верил заголовку описи и не листал дело целиком. Пропустил запись о браке, которая лежала прямо там.

Чего я не нашёл до сих пор

Открытые вопросы держу на виду, чтобы не забывать о них и чтобы люди, у которых те же места, могли откликнуться.

• Отчество Савелия, самого раннего из известных. Нужны ревизии 1811 или 1816 года по Утёвке, а они, судя по всему, не у нас.
• Откуда Кузьмичёвы пришли в Утёвку. Село заселялось не сразу, и первых поселенцев где-то должны были переписать с указанием прежнего места.
• Куда делась семья Аксиньи после двадцать первого года. Проверил соседние сельсоветы, пусто.
• Девичья фамилия Марьи, жены Игнатия. В посемейном списке она без фамилии, метрику брака не нашёл: нужного года в книгах прихода нет.
• Линия Стрельцовых дальше 1890-х годов вообще не сдвинулась. Там свои сложности с приходом, и я пока за неё не брался всерьёз.

Если вы ищете по Утёвке, по бывшему Бузулукскому уезду или по Ставропольскому уезду и вам попадались Кузьмичёвы или Стрельцовы — напишите, пожалуйста. Мне интересно, и своими выписками поделюсь без всяких условий.

Как со мной связаться

Сразу главное: поиском по заказу я не занимаюсь. Родословные за деньги не составляю, в архиве по чужим линиям не работаю, посредников не рекомендую и сам посредником не выступаю. Это моё свободное время и моё удовольствие, и я не хочу превращать его в работу. Просьбы вида «сколько будет стоить найти мне предков» оставляю без ответа, не обижайтесь.

А вот подсказать бесплатно — с удовольствием. Могу:

• сказать, в какой архив писать по вашему селу и какие фонды там смотреть;
• попробовать разобрать непонятную запись, если пришлёте нормального качества фотографию;
• посмотреть свои выписки, вдруг ваша деревня мне попадалась;
• объяснить, как оформить запрос, чтобы на него ответили по существу.

Почта: mail@down-miniopera.ru. Это основной способ, отвечаю обычно по выходным, иногда через неделю, но отвечаю всем.

Телефон — +7 (846) 714-75-40, звонить лучше вечером после семи, днём я на работе и трубку не беру. Есть ещё домашний, 8 (846) 380-21-05, но там чаще жена, и по архивным делам она вам ничего не скажет.